Камрад
|
Неяркий свет редких звёзд внешнего кольца бликовал на двадцатишестикилометровом корпусе супердредноута “Левиафан”. Основным оружием этого бронированного чудовища был сверхмощный излучатель Хирона, способный разнести на атомы планету или газовый гигант средних размеров. Помимо этого “Левиафан” нёс огромное количество тяжёлых турболазеров и ионных орудий, десять тысяч счетверённых скорострельных лазерных пушек, восемьдесят эскадрилий истребителей и до пятисот шаттлов различного назначения. Это был не просто лучший корабль из всех тех, что когда-либо сходили со стапелей имперских верфей, это был “Левиафан” - и имя его говорило за себя лучше любых технических схем, описывающих тактико-технические характеристики этого колосса.
И в командной надстройке супердредноута, в гигантской трапециидальной башне, под сводами конференц-зала, выполненного в стиле имперского неоклассицизма, за огромным овальным столом из неогранённого чёрного калиданского хрусталя, сидели двенадцать флотских капитанов, лётный вице-маршал и генерал убиктората. Все они молчали и изредка бросали взгляды на огромные - во всю стену - золотые часы, которые мерно отсчитывали ход времени.
Но вот мимо застывших на страже императорских гвардейцев в пламенно-красных плащах в конференц-зал прошли адмирал Никсон и капитан Старк. Они были облачены в парадные мундиры при всех наградах, что могло означать только одно: беседа будет иметь самый серьёзный тон, и нужно настроится на приём важной информации.
Никсон кивком поздоровался со всеми присутствующими и опустился в огромное кресло во главе стола. Он подождал, когда усядется Старк и только после этого щелчком тумблера на своём пульте включил тактическую развёртку, занявшую всё пространство над столом.
Несколько прикосновений к клавишам на пульте и взорам всех присутствующих предстала трёхмерная проекция галактики. Зелеными точками на ней были обозначены планеты, поддерживающие проимперскую власть, красными точками планеты заражённые чумой повстанческого альянса (таких было подавляющее большинство) и, наконец, грязно-серым цветом выделялись планеты нейтральной принадлежности. Пунктирными линиями планеты соединяли торговые пути и пассажирские линии, известные служащим убиктората. Большая багровая точка обозначала место стоянки флота. Их плацдарм. Место, с которого начнётся их экспансия. И сейчас адмирал Никсон продумывал все возможные контрмеры, которые смогут предпринять повстанцы. У Альянса был внушительный флот, но он сейчас страдал от того же, от чего в своё время страдала Империя: от обширности контролируемых территорий.
Это был шанс для личного флота Его Императорского Величества. И Никсон осознавал всю прелесть этого шанса. Он окинул взглядом своих подчинённых и усмехнулся.
- Ну что же господа, - сказал адмирал, смакуя свои слова. - Время заниматься тем, в чём мы являемся специалистами: время сражаться; время сражаться и побеждать…
Он остановил холодный взгляд своих серых глаз на каждом из офицеров, а затем переключил ещё один тумблер на встроенном в крышку стола пульте управления. Карта галактики послушно дёрнулась и переключилась на планетарный масштаб. И вот вместо миллионов крохотных планеток появилась одна, при виде которой многих из присутствовавших командиров перекосило от нахлынувшей на них ярости.
- Мы должны тщательно взвесить доступные нам ресурсы и не менее скрупулезно выбрать первую цель для атаки. Я долго думал и пришёл к выводу, что лучшей мишени, чем Мон-Каламари, нам не подобрать. Удар с последующим уничтожением этой планеты не только лишит повстанцев одного из самых важных поставщиков кораблей для флота, но и напомнит всей галактике о том, что Империя никуда не исчезла, а всё ещё способна на адекватные действия. Этот шаг заставит задуматься продавших режим горе-вояк, и возможно, пополнит наш флот за счёт их кораблей в случае, если найдутся те, кто пожелает переметнуться на нашу сторону.
Капитан Старк пригладил свои короткие чёрные усики и поправил форменную фуражку, которая скрывала его уже начинающую лысеть голову. Он как всегда с удовольствием слушал то, что говорил адмирал Никсон. Это было понятно и совпадало с его жизненным кредо: бой ради боя, бой ради победы в бою и никаких проволочек. Старк верил Никсону больше, чем самому себе, и знал по опыту многолетней совместной службы, что, в отличие от адмирала, у него есть такая роскошь, как право на ошибку. Никсон же за все эти годы не ошибался ни разу, и все, кто сейчас сидел за столом верили в его абсолютную непогрешимость. Флот Его Императорского Величества не мог проиграть каким-то повстанцам, просто не имел права!
Старк осторожно посмотрел на вице-маршала Брауна и генерала Котта. Бывалые вояки внимательно слушали адмирала. Они придерживались, судя по всему, того же мнения, что и капитан. Все собравшиеся здесь понимали, что другого шанса у Империи не будет, и поэтому с жадностью впитывали каждое слово человека, которому верили больше чем себе. Не просто верили, веровали в него! И Никсон тоже почувствовал атмосферу, завладевшую его аудиторией. Голос его стих и от него повеяло железной непоколебимостью.
- Мы должны выполнить миссию, возложенную на наши плечи историей. Мы должны спасти государство, которое сделало нас своими солдатами и дало в наши руки самое совершенное оружие в галактике! - адмирал на миг замолчал. - Капитан Старк, - движением руки он предложил своему ближайшему соратнику встать, и тот с готовностью подчинился. - Доложите о состоянии боеготовности флота.
- Сэр, - Старк облизнул враз пересохшие губы. - Все двенадцать тяжёлых Звёздных Разрушителей и флагман полностью боеспособны и готовы выполнить любое ваше распоряжение. Шаттлы и истребители заправляются и будут готовы меньше чем через пять стандартных часов. Шестая гвардейская армия “Кримсхильда”, расквартированная на бортах кораблей флота, и все вспомогательные части подняты по тревоге. Корпус императорских гвардейцев ожидает ваших распоряжений. В общем, сэр, мы готовы к любым вашим приказам!
-Хорошо, капитан Старк, - взгляд Никсона остановился на Брауне. - А что у вас, вице-маршал?
Заслуженный ас отодвинул свой начищенный до зеркального блеска гермошлем и медленно поднялся.
- После войны с “когтями” мы потеряли треть наших пилотов, но те что остались, имеют свыше трёх тысяч часов налёта. Учитывая тактико-технические характеристики используемых нами СИД-Стервятников, могу сказать, что бунтовщики с их основной машиной - Х-образным - имеют мало шансов на победу при равном соотношении сил на театре сражения.
- Очень хорошо, - Никсон кивком разрешил Старку и Брауну сесть, а затем отключил голопроектор. - И напоследок хотел бы сказать господа: Империя прекратила своё существование в официальном порядке, но пока есть личный флот Его Императорского Величества, который всегда выполнял невыполнимые для других задачи, ситуация всё ещё поправима!
Серые глаза Никсона яростно сверкнули, и он вскочил со своего места, словно его сдул порыв стремительного ветра. Адмирал обошёл конференц-зал и остановился возле часов.
- Выступаем завтра утром, господа, и да будет с нами космос…

__________________
Империю не нужно любить, ей нужно служить, но не прислуживать...
Изменено: Admiral Nikson, 19-07-2002 в 11:06
|